На следующий день Асад-хан неожиданно сам пригласил Никитина во дворец.

- Я узнал, что ты пришел из далекой северной страны, - сказал Асад-хан, с любопытством разглядывая Никитина. - Это, действительно, очень далеко?

- Да, это очень далеко, - ответил тверич. - Я долго плыл по великой Волге - русской реке, потом пересек Каспийское море, прошел всю Персию и пересек океан...

- Для этого нужно быть смелым человеком, - заметил хан.

- На Руси недостатка в этом нет, - молвил Никитин с улыбкой.

Асад-хан раздумывал некоторое время. Повидимому, у него созрело какое-то решение.

- Хорошо, русский человек, я возвращу тебе жеребца, хотя он мне самому очень понравился. Я дам тебе жеребца и еще тысячу золотых в награду дам, если ты перейдешь в нашу, магометанскую веру... Выбирай. Если не согласишься стать мусульманином, - и жеребца отберу и еще тысячу золотых с тебя возьму. Что ты на это скажешь?

- Одно только скажу, - ответил Афанасий Никитин. - Я русским человеком родился, русским и умру. С памятью об отечестве моем умру, потому что ничего нет для меня дороже отечества, родины...

- Но ты забудешь родину, - ведь это так далеко! Ты - смелый человек, а я уважаю смелых, поэтому я сделаю так, что ты будешь богат и счастлив. О, ты не пожалеешь, если останешься у меня!

- Как?! Разве можно забыть родину?! - изумился Никитин. - Но ведь сердце-то в моей груди - русское сердце? Оно само - частица родины, и вся моя родина - в нем!..

- Я даю тебе четыре дня на размышление, - заключил Асад-хан угрожающе. - Через четыре дня ты придешь с ответом. Ты согласишься, если тебе дорога твоя голова.

Никитин вышел из дворца, не зная, куда идти, у кого искать приюта и спасения. Бродя по знойному городу, он незаметно очутился меж торговых рядов и даже не расслышал, как кто-то назвал его по имени.

- Афанаса!.. Афанаса!..