Уильям был не в силах спорить с этим. Уважая теологические взгляды мистера Таттлкомба, но не собираясь во всем им следовать, он промолчал.
А Абель развивал свою мысль.
— Ты находишь свое место в мире и идешь дорогой, ведущей к Богу. Представь, если сейчас, после стольких лет, вдруг оказалось бы, что ты — другой человек. Каково бы тебе было? Шел сорок второй, когда Уильям Смит, пропавший без вести, нашелся. А если ты — не он, ты, значит, пропадал гораздо дольше! Да, если хорошенько поразмыслить, все так сложно! Например, у тебя были деньги — их ведь получил кто-нибудь другой. Если у тебя была девушка, вряд ли она любила тебя так сильно, что до сих пор не вышла замуж. Ты не можешь вернуться и найти все вокруг неизменным, так не бывает. Если у тебя порез на пальце, он заживет, не может же он вечно болеть и кровоточить! То же и с твоей жизнью. Если раньше ты не был Уильямом Смитом, твое прежнее место все равно уже занято, ты там уже не нужен. Я понимаю это яснее, чем многое другое в этой жизни. Советую и тебе с этим смириться. Ты — Уильям Смит, и, если будет на то воля Господня, им и останешься.
В этот момент, к облегчению Уильяма, дверь открылась и вошла миссис Солт, несущая чашку с каким-то питьем. Внешне она была вылитый Абель, только в юбке, с тем же свежим цветом лица, голубыми глазами и кудрявыми седыми волосами. На ней было добротное черное платье с причудливым декоративным передником, купленным на художественной распродаже. К кружевному воротничку она прикалывала золотую брошь, украшенную бриллиантовой буквой «А».