Диана - индианка-сирота, воспитанная Эштоном. Благородная женщина; ее постигает трагическая гибель.
Автор книги - двадцати лет от роду уезжает на запад на территории Монтаны в поисках приключений и из любви к первобытному образу жизни. Он находит и то и другое среди пикуни - черноногих. Он женится на девушке из этого племени и живет с индейцами много лет, ходит с ними на охоту и на войну, участвует в их религиозных обрядах и как муж индианки ведет вообще индейский образ жизни.
Ягода - торговец, имеющий дела с индейцами, сам полуиндеец. Родился в верховьях Миссури. Говорит на полудюжине индейских языков, хорошо знает индейские лагеря. Искусно пользуется всеми приемами, применяемыми в торговле с индейцами.
Гнедой Конь - белый траппер и торговец, женат на индианке.
Эштон - молодой белый из восточных штатов; он хранит какую-то грустную тайну, но в конце концов обретает покой.
Просыпающийся Волк - один из старых служащих Компании Гудзонова залива, типичный траппер, торговец и переводчик раннего романтического периода пушной торговли.
Мощная Грудь - черноногий, начальник военных отрядов, вождь походов, обладатель магической трубки.
Скунс - черноногий, шурин Гнедого Коня; автор книги помогает Скунсу похитить невесту.
Говорит с Бизоном,
Хорьковый Хвост - черноногие, близкие друзья и товарищи по охоте и военным приключениям автора книги.
ГЛАВА I
ФОРТ-БЕНТОН
Широко раскинувшиеся побуревшие прерии; далекие крутые холмы с плоским верхом; за ними огромные горы с синими склонами и острыми вершинами, покрытыми снеговыми шапками; запах полыни и дыма костров лагеря; гром десятков тысяч копыт бизонов, бегущих по твердой сухой земле; протяжный тоскливый вой волков в ночной тишине, - как я любил все это!
Я, увядший, пожелтевший лист, сухой и сморщенный, готовый упасть и присоединиться к миллионам предшественников. Вот я сижу ни на что негодный, зимой у камина, в теплые дни на веранде; я могу только переживать в памяти волнующие годы, проведенные на границе [Имеется в виду граница США и Канады]. Мысли мои все возвращаются к прошлому, к тому времени, когда железные дороги и доставленные ими толпы переселенцев еще не стерли с лица земли всех нас, - и индейцев, и пограничных жителей, и бизонов.