Странная закономерность: чем благородней и приличней Божья тварь, тем вернее на штампе прописки адрес — Красная книга. Вот лебеди, к примеру:

и красавцы, и вегетарианцы. А от супружеской верности просто захватывает дух: потерял подружку — и без рассуждений камнем с поднебесья с прощальной песней в клюве. И с не растраченным семенем. Широкий жест, но не рачительный. При таком кадровом мотовстве в стаях наверняка преобладают холостяки и старые девы. В итоге — экологическое банкротство: самое крупное поголовье сохранилось в фольклоре.

Человек же, существо хлипкое и вредное, оккупировал планету. Это при девятимесячной беременности и долгом младенчестве. Подражай он царственной птице, все закончилось бы на райской паре. Но, на его счастье, взамен клюва, панциря, когтей и аккордности потомства он наделен непобедимым оружием — половой потенцией, которая и не снилась прочим животным. Кто еще способен плодотворно заниматься любовью круглогодично, почти пожизненно, в любую погоду, в неволе и на пленэре, на суше и на море, невзирая на климатические условия и С П И Д? Никто.

А потому мужская неверность не есть свойство отдельно взятой личности, а равноправный компонент джентльменского набора первичных половых признаков. В его фундаменте самый мощный и древний из земных инстинктов — инстинкт сохранения рода, с которым не поспоришь. Которому не прикажешь. Который не истребишь. Печально, но факт. Соломон имел, если не ошибаюсь, триста жен и наложниц без счета. Плюс Суламифь. Он был мудрецом, сей ветхозаветный царь.

Арабы с персами тоже не терялись. Гаремы, оптом и в розницу, передавали по наследству, справедливо полагая, что эликсира жизни на всех жен — и пришлых, и коренных — хватит. То-то нынче моногамная Европа заметно посмуглела лицом.