Определенные трудности разведчик испытывал и при общении с иностранными военными агентами, зачастую делившимися друг с другом информацией о вооруженных силах государства, в котором все они находились. Подобный обмен сведениями был выгоден для каждого из них. Бывали случаи, когда военные агенты, особенно союзных государств, вступали и в более тесные контакты. Однако несчастный «коллежский советник», приравненный формально к простому писарю, не мог, общаясь с иностранными атташе, добиться существенных результатов. Во-первых, по своему положению он стоял значительно ниже зарубежных коллег и не мог рассчитывать на должное уважение с их стороны, а во-вторых, ему, как человеку, ушедшему якобы в отставку, было неудобно интересоваться военными вопросами.

В результате, единственно, чем мог беспрепятственно заниматься Десино, так это съемкой местности, да и то многие укрепления, военные учреждения и гарнизоны оказывались порой просто недоступны.

Тем временем события продолжали развиваться далеко не лучшим образом. Среди проживающих в Китае европейцев начали расползаться многочисленные сплетни о Десино и официальном русском военном атташе полковнике Вогаке. Кумушки из дипломатического корпуса усердно строили различные досужие домыслы по поводу них обоих, которые, в свою очередь, незамедлительно обрастали красочными подробностями. Так, говорили, что в Петербурге якобы недовольны работой военного атташе, но сразу сменить его не могут, а поэтому временно назначили Десино в дипломатическую миссию, и, когда он осмотрится, заменят им Вогака. Вполне возможно, данные слухи распространяли недоброжелатели официального агента, желавшие подорвать его авторитет. Кое-кто из иностранцев поспешил воспользоваться случаем, дабы поссорить Десино и Вогака.