Но если Вы думаете, что это единичный факт, тем более относящийся к финалу Второй мировой войны, когда США уже тоже набрали невиданную силу, с которой приходилось считаться и Сталину, вследствие чего он и не собирался насаждать везде коммунизм, то вы глубоко ошибаетесь.

Вспомните хотя бы тот факт, что ещё до войны антисталинская оппозиция вовсю обвиняла Иосифа Виссарионовича в том, что-де он «предал революцию», причём не столько внутреннюю, то есть октябрьскую, которую в общем-то сам Ленин называл всего лишь переворотом, сколько мировую. Вспомните, что у Троцкого есть даже работа, которая так и называлась — «Преданная революция». Им всем хотелось не на горе буржуям, а на горе простого народа раздуть пожар мировой революции! А Сталин был категорически против этого.

Однако наиболее убедительно и ярко отсутствие у Сталина каких-либо кровожадно-коммунистических намерений задолго до войны подтвердили предатели из советской разведки. Вдова справедливо уничтоженного ещё в 1937 г. сбежавшего на Запад предателя из советской разведки Н. М. Порецкого (оперативный псевдоним «Людвик») Элизабет Порецки в опубликованных уже после войны мемуарах под названием «Тайный агент Дзержинского» указала следующее. Описывая состоявшийся в 1935 г. разговор между ее мужем и его другом, таким же предателем В. Кривицким (С. Г. Гинзбург), она привела его содержание, подчеркнув, что это слова Кривицкого:

«Они нам не доверяют… мы нужны им, но они не могут доверять коммунистам-интернационалистам. Они заменят нас русскими, для которых революционное движение в Европе ничего не значит»

Оставим в покое подловатый намёк на некий антисемитизм в действиях Сталина, который уже в то время осуществлял поворот в сторону возрождения Великого Русского Государства, пусть и называвшегося тогда Союзом Советских Социалистических Республик.