Он уже не будет авторитетом для вас, а вашему уму нужен авторитет. Это всё формы галлюцинаций. Все здесь галлюцинируют, только каждый по-разному. Кто-то в моем лице боится потерять авторитет, кто-то боится в моем лице потерять источник знаний и так далее. И в этой атмосфере у нас происходит то, что происходит. Сейчас я рассказываю видение ситуации с моей позиции. Я делаю нечто и продолжаю делать, но и показываю, к чему приводит то, что я делаю. Что теперь вы предложите мне делать? Я спрашиваю совета у вас.

Я предлагаю вам исследовать свой страх, а вы бежите от него

— Я не знаю, что предложить, только вижу, что страх оказывается не тем, от чего нужно бежать, а, как раз, является сигналом, от которого нужно отталкиваться и начитать проговаривать. Он является помощником. Страх присутствует всегда, и придумывать ничего не нужно. Мы же бежим от страха.

— Совершенно верно. Либо вы начинаете исследовать свой собственный страх, либо бояться его и стараться убежать, правда, непонятно куда. Страх страха или исследование страха — две совершенно разные позиции. Я усиливаю в вас этот страх. Вы начинаете бояться собственного страха и бежать. Я предлагаю вам исследовать страх, вы же продолжаете от него убегать.

— И убежать никак не можем.

— Я спрашиваю: «Как ваше состояние?» Вы говорите, что вам страшно. Я предлагаю посмотреть на свой страх. Вы говорите, что боитесь и продолжаете убегать от него.

— Вот и видишь свой страх…

— Да не видишь ты свой страх. Если ты видишь свой страх, тогда почему бежишь от него. Потому что очень страшно, вот и бежишь, но не видишь от чего. Это то, что с вами происходит.

— Я не могу с ним справиться.

— Тебе надо остановиться, повернуться и посмотреть на него, но ты боишься его и бежишь. Я бегу с тобой рядом и кричу, что это просто иллюзия. Ты соглашаешься, что это иллюзия, говоришь, что уже видишь ее, но продолжаешь бежать еще быстрее. Я спрашиваю: «Почему тогда ты бежишь?» Ты говоришь, что боишься ее. Значит, ты ее не видишь.