— Я бы хотела вернуть состояние счастья, радости и творчества. Пытаюсь объяснить себе это как кризис среднего возраста. Я работаю в школе в старших классах. В какой-то момент поймала себя на том, что мне нечего сказать детям помимо заданной программы. Я сочла, что у меня низкая квалификация, начала штурмовать и пришла в состояние надрыва. Потом поняла, что пытаюсь закрыться от старших детей массированным языковым заслоном (я преподаю английский язык), потому что мне нечего сказать им. Я всегда была очень близка с детьми, разделяла с ними игры. Сейчас у меня идет неприятие своей мужской части. У меня проблемы с подростками: я чувствую, что перешагнула какой-то барьер, не понимаю их или не разрешаю себе понимать. Кажется, они смотрят на меня и думают: мы знаем, что ты внутри такая же, но предала нас, строишь из себя учителя. И когда прихожу домой, то чувствую, что все силы ушли на внутреннюю борьбу.
— Какое у вас отношение к мальчикам?
— У меня в их возрасте была трагическая любовь.
— Отсюда ваши сложности с мальчиками этого возраста. То, что произошло тогда с вами, находит отражение сейчас. Всё это осталось в вас и требует выхода. И сейчас вы можете дать той пятнадцати-шестнадцатилетней себе то, чего она так хотела получить в своё время.
Мы можем возвращаться в прошлое и менять его, тем самым, меняя свое будущее. Надо вернуться в тот возраст, когда это происходило. Заново прожить и дать себе то, что тогда хотелось получить. Надо прожить это по-настоящему, а не просто ментально. Вам надо стать вами в том возрасте и заново перепрожить все свои состояния, но уже с новым их пониманием.
— Тяжело.
— Это радостно, это освобождение. Тяжело вам все время. Я сейчас предлагаю почувствовать всю степень этой тяжести, не добавлять к ней того, чего нет, а увидеть то, что есть. Вам всегда было тяжело, просто вы с этим свыклись и стали говорить, что это нормально. При этом огромная энергия идет на то, чтобы не видеть своей боли.