Почувствовав жалость, я крикнул:
- Остановите.
Услышать проводнику что-либо в грохоте цементного тоннеля было немыслимо. Мой спутник сказал:
- Отлегло; на всякий случай...
- Конечно.
- Мой адрес.
Я взял визитную карточку. Он, схватившись за грудь, продолжал выкрикивать испуганным голосом:
- Я развожу кроликов.
- Пушистые зверьки, - пробормотал я.
- Кроликов калифорнийских перевести на другую ферму.
- Слушаюсь.
- Кроликов кентерберийских...
- Запомнил.
- Кроликов австралийских...
- Понимаю.
- Кроликов бельгийских...
- Слышу.
- Кроликов австрийских...
- Ясно.
- Этих кроликов не продавать, - застонал он, сгибаясь.
- Будет передано, - внимательно сказал я.
- Кроликов йоркширской породы кормить смесью.
- Хорошо.
- Венгерских кочерыжками, пять пучков.
- Отлично.
- Нет, я не умру, - сказал он, отдуваясь, и мы снова ринулись в темноту. - Нет, умру.
Секунд пять мы молчали. Вагонетка взлетела на самую вершину дьявольского сооружения, а затем, почти отделясь от рельс, повалилась к мелькающим внизу огням сада.
- Умираю! - крикнул человек с проседью. - Скажите управляющему... что мои последние слова... чтобы он кроликов моих... есть не смел!
Он поднял руки, брови, помотал головой и свалился к моим ногам.
Еще несколько секунд продолжалась бешеная игра вагонетки, огненные кролики прыгали в моих глазах, и наконец все кончилось.
Я встал, пошатываясь. Толпа народа собралась вокруг мертвого тела, и шум ночного веселья перешел в похоронную тишину. Я же ушел, думая о кроликах. Кончилась прекрасная, содержательная жизнь, а вместе с ней и благополучие - как их... этих... кентерберийских...
СОБЫТИЕ
Я люблю грязь кабаков, потные физиономии пьяниц, треснувшие блюда с подгнившими бутербродами, бульканье алкоголя, визг непотребных девок, наготу ничем не прикрашенных желудка и похоти, толпу у стойки, чахоточный граммофон и тусклый свет газа. Часто, возвращаясь со службы, изящно одетый господин с портфелем под мышкой, - я захожу в какой-нибудь ревущий пьяными голосами притон и выпиваю водки на гривенник из толстого граненого стаканчика, захватанного мужицкими пальцами.