Махфуз извинился и сделал пару срочных звонков по телефону, после чего пригласил Блинкова в бар-ресторан, расположенный на первом этаже гостиницы. Бар в это время суток почти всегда пустовал.
Али сам прошел за стойку и налил два виски. Ловко подтолкнул один стакан Джебу и подмигнул:
— За встречу?
— Ага, — кивнул Блинков и глотнул обжигающий напиток. — Катер сделаешь? — спросил Джеб, поставив стакан на стойку.
— Что за вопрос! Конечно, сделаю. Скажи, куда и в котором часу подогнать.
— Риф напротив Порта дайверов знаешь?
— Там два рифа.
— Тот, что ближе к порту, — уточнил Джеб. — Как стемнеет. Только не нашуми, подойди по течению и поставь лодку на якорь. И снаряжение не забудь.
— Сделаю, Джей-Би, — на американский манер обратился к гостю Махфуз. — Утром увидимся?
— Дай бог — увидимся, — ушел от прямого ответа Блинков. — И еще, Али, лично проверь акваланги.
Они разговаривали по-английски. Джеб — с едва уловимым акцентом.
Он допил виски и сказал хозяину, чтобы тот не провожал его. Лавируя между лебедками у пронумерованных мест и плотными рядами пластмассовых ящиков разных размеров, Блинков дошел до края причала. Сел в лодку, отвязал швартов и оттолкнул ее. Еще долго смотрел на хаос, царящий на причале: весы, резиновые шланги, насосы, контейнеры с солью, поддоны, канаты, намотанные на кнехты...
6
Полдень. Жара невыносимая. Невозможно сделать ни одного движения, чтобы не обжечься о раскаленный воздух, не отдернуть руку от огненного песка. Лолка перебралась ближе к берегу и смотрела на соседний риф конусообразной формы. Моторист, порой исполняющий обязанности инструктора подводного плавания, занимался с другой группой аквалангистов у каменного шельфа, спускающегося вниз на пятьдесят метров. Ни сам Андрей, ни его клиенты не видели за выступающим рифом, чем занята группа Джеба. Лишь Лолка, Ирка и подруга Михаила Чижова могли наблюдать необычную картину. Сейчас девушки находились в странном состоянии: были заворожены действиями парней, но не могли сбросить напряжения. Не могли избавиться от чувства, что в глазах двоится, троится... Казалось, сложные и малообъяснимые движения делает один человек, тогда как на самом деле их исполняли семеро.