Представьте близорукого человека, который впервые увидел кота. Из-за плохого зрения он видит кота очень расплывчато, и для него это просто «какое-то животное». По мере того как кот к нему приближается, постепенно выступают детали, и в конце концов человек видит четкий образ кота.

Представьте теперь двух ястребов. У одного отличное зрение, а у другого — плохое. Оба питаются лягушками, мышами и ящерицами. С огромной высоты ястреб с острым зрением может разглядеть лягушку. Он бросается вниз и съедает ее. Благодаря своему отличному зрению этот ястреб может питаться одними лягушками и забыть о мышах и ящерицах.

Однако ястреб с плохим зрением не может себе этого позволить. Он вынужден выработать общее понятие «небольших движущихся предметов». И стоит ему увидеть маленький передвигающийся предмет, как он тут же стрелой несется вниз. Иногда ему попадаются лягушки, иногда мыши, иногда ящерицы — могут попасться и детские игрушки.

Большинство людей не раздумывая сочтут лучшим ястреба с хорошим зрением, но, возможно, они не совсем правы. Если вдруг вымрут лягушки, то за ними умрет и первый ястреб, а второму удастся выжить. Это объясняется тем, что второй ястреб с плохим зрением обладает приспособляемостью. Она выработалась благодаря созданию общего, широкого и размытого понятия о «небольших движущихся предметах».

Нескольким студентам, изучающим электронику, предложили дополнить очень простую схему. Девяносто семь процентов жаловались на отсутствие нужных проводов для завершения схемы. И только три процента справились с заданием. Тем девяноста семи процентам, которые не справились с заданием, нужен был провод, а так как его не было, они не смогли выполнить задание. У трех процентов, которым удалось справиться с заданием, было обобщенное, расплывчатое понятие о «соединительном звене». Провода под руками не оказалось, но они попытались найти другое соединительное звено. Для того чтобы завершить схему, они воспользовались отверткой.