Начальник уже семь лет на севере.

Шахтер из Донбасса, он молодым призывником был прислан на границу и после двух лет службы остался на сверхсрочную. Он возмужал и окреп в лесу.

Он привык к лесной жизни и полюбил трудную работу. Он знал каждый кустик на своем участке, каждого человека в редких окрестных деревнях.

Нет таких зарослей, в которых не побывал бы начальник. В отряде его прозвали Лосем. Зимой на лыжах, а летом пешком Лось пробирался напрямик через бурелом и болота, проваливаясь грузным телом в снежные сугробы или ломая кусты и отмахиваясь от комаров.

Он научился неслышной звериной повадкой проходить по тропинкам и прятаться так, чтобы с двух шагов нельзя было обнаружить засаду. Он стал снайпером.

У перекрестка троп Лось спрятался за толстым деревом. Он стоял совершенно неподвижно, вслушиваясь в шум леса и напряженно вглядываясь в темноту.

Время тянулось томительно медленно.

От неудобного положения затекли ноги, тужурка намокла под дождем, холодная вода текла за воротник, руки закоченели. Очень хотелось курить. Лосю казалось, что ночь давно уже должна бы кончиться, но все так же было темно, все так же выл ветер и скрипели деревья.

Он хотел уже возвращаться на заставу, когда заметил что-то темное, мелькнувшее на просеке. Вынув наган и взведя курок, Лось долго вглядывался в темноту, но больше ничего не видел. Он решил, что снова ошибся.

Вдруг совсем близко, на повороте тропинки, показался человек.

Лось затаил дыхание. Человек шел прямо на него, осторожно раздвигая низко нависавшие ветки. Лось стоял так близко от тропинки и так хорошо видел этого человека, что, казалось, тот обязательно должен был заметить засаду.

Лось хотел поднять наган, но боялся, шевельнувшись, выдать себя. Он следил за каждым движением человека, готовый в любой момент первым напасть на него.

Разошлись облака, и в зеленоватом свете луны Лось совершенно ясно разглядел обтрепанную куртку серого домотканного сукна, сдвинутую набок шапочку и глуповатое рябое лицо, поросшее реденькой бородкой.