- У тебя что-нибудь болит? - спросил.

- Нет, - улыбаясь, ответил Дима, - меня вырвало, а бабушка сказала, что я отравился.

- Ты много грибов съел?

- Нет, только попробовал. Они кислые были, мне не понравились. Я только один гриб съел.

- Как кислые? - не понял Полетаев.

- Из банки, кислые, - подтвердил Дима, - они ее только открыли, и я попробовал.

- Он отравился, - сказала жена убежденно, - нужно срочно делать промывание. Я попросила доктора еще раз осмотреть ребенка. Но промывание мы можем сделать и в кремлевке.

Она специально произнесла это слово громко, чтобы слышали и дежурный врач с усталым лицом и добрыми глазами доктора Айболита, и медсестра, с испуганным видом стоявшая у дверей. В комнату вошел Евгений Константинович, их сосед по даче, бывший военком, а сейчас пенсионер. Ему перевалило за шестьдесят, но это был еще крепкий мужчина с густой копной седых волос.

- Здравствуйте, Артем Сергеевич, - поздоровался он, проходя во вторую комнату.

- Здравствуйте, - кивнул Полетаев, - спасибо, что помогли нашим.

- Ты слышал, что я сказала, - перебила его жена, - ребенка нужно срочно везти в нашу поликлинику.

- Он не отравился, - произнес Полетаев, - он попробовал маринованных грибов из банки.

- Каких маринованных? - разозлилась жена. - Кто тебе сказал?

- Дима сказал. От одного гриба ничего серьезного случиться не может.

- Как это не может? Как это не может?! - Ее лицо пошло красными пятнами, как бывало всегда, когда она нервничала. - Что ты говоришь? Ребенка нужно спасать, а ты приехал сюда со своими советами. Мне даже неудобно перед Евгением Константиновичем.

Когда она заводилась, ее трудно было остановить. Полетаев вышел в другую комнату, сел на стул, стоявший у стола, и спросил у врача: