Впрочем, имеются данные, что в исключительных, случаях трутни могут самостоятельно брать корм из сотов и даже нектар на цветах.

Большую часть своей не отягощенной заботами жизни трутни проводят в улье на сотах. В жаркие солнечные дни они могут вылетать на прогулки, подчас довольно дальние. Ориентируются они неплохо, поскольку имеют очень большие (намного больше, чем у матки или рабочих пчел) глаза. Стража беспрепятственно пропускает возвращающихся трутней, хотя, казалось бы, нужно гнать этих объедал подальше.

Дело в том, что трутни не подрывают кормовую базу пчелиной семьи. Они выводятся тогда, когда семья хорошо обеспечена пищей, а пыльцы поступает больше, чем ей необходимо. Нормальная пчелиная семья сама контролирует увеличение числа трутней.

И все-таки, зачем они нужны? К чему семья содержит целую ораву дармоедов? Простой расчет показывает, что для оплодотворения выводящихся а семье маток хватило бы, пожалуй, 25–30 самцов-трутней.

Когда приходит срок и матка отправляется в брачный полет, мужское население улья устремляется следом. В воздухе они окружают самку плотным клубком. В желудках птиц, питающихся пчелами, в это-время находят массу проглоченных трутней и почти никогда – маток. Так может быть, свита трутней защищает продолжательницу рода от врагов, жертвуя ради нее своей жизнью? И именно поэтому семья воспитывает их побольше, чтобы при необходимости было что принести в жертву? В общем, пока значение множества трутней в пчелиной семье остается все-таки не очень ясным.

Зато хорошо известна их дальнейшая судьба. В середине – второй половине лета поступление корма уменьшается. Это сразу же сказывается на положении трутней. До сих пор желанные, или, по крайней мере, терпимые, они становятся обузой. Рабочие пчелы начинают все больше притеснять своих родных братьев: кусают, щиплют, хватают за усики, ноги, крылья и тянут к выходу.