Они громко возмущались людьми племени волк, когда мы рассказали, как они собираются поступить с Женщиной Копье; Красного Волка и Молодого Быка больше всего раздражало то, что они не могут пойти с нами и участвовать в ее освобождении. Мы все подошли к краю утеса, и с помощью моей подзорной трубы каждый подробно осмотрел деревню, холм, на котором будет построен жертвенник, и все вокруг него. Затем я подробно рассказал, как мы - Дальняя Сосна и я - будем действовать, чтобы освободить Женщину Копье, и договорились, что через две ночи они загонят большой табун лошадей народа племени волк и перед рассветом подойдут к оврагу за холмом и по нашему зову бросятся нам на помощь.

После этого я рассказал о попытке Белой Антилопы проникнуть в жилище, где содержится Женщина Копье. Красный Волк и Молодой Бык сказали, что видели его. Прошлую ночь они пешком добрались до деревни, надеясь хоть словечком перекинуться с нами или хотя бы увидеть нас, но между большими земляными хижинами сновало так много людей, что они не смогли к нам приблизиться.

Возвращаясь обратно тем же путем, что и пришли - вдоль лесистого обрамления потока, - они увидели, как всадник пересек тропу, по которой они шли; они плохо его разглядели, но заметили, что он был на крапчатой лошади - перед ними большим белым пятном мелькнул ее бок. Всадник напугал их. Только потом они сообразили, что им следовало окликнуть его и заставить пойти с ними.

Все были настроены мрачно и со страхом думали о будущем, которое нас ожидает. Мы с Дальней Сосной не стали долго задерживаться. Когда мы уезжали, Пинуквиим сказал: