Когда Петров вернул документы и взял предложенную начальником сигарету, Эйдинов спросил:

- Что мы можем сделать, Толя? Для начала давай разберемся в этой запутанной структуре подчинения и переподчинения.

Петров сказал "минуточку" и ненадолго покинул кабинет, вернувшись с огромной папкой, которую разложил перед собой на столе.

- Структура простая, - ответил майор, уже давно и успешно освоивший все тонкости работы в отделе. - Вот 58-й батальон связи, в котором проходила месячная командировка Макеева в Чечне. Он находится в подчинении 2-го (разведывательного) отдела штаба армии. Курирует этот батальон 5-я группа отдела, там занимаются электронной разведкой и контролируют ее во всех дивизиях, входящих в состав армии.

- Это понятно. Меня интересует другое, собственно отдельная рота охраны. Вряд ли она подчиняется командиру батальона связи.

- Обычная практика. В этом батальоне три роты занимаются радиоперехватом, пеленгом, разведкой, а четвертая рота относится к отдельному батальону и только ширмуется охранными функциями. Потому что напрямую она подчинена 3-й группе 2-го отдела. А там пустяками вроде охраны не занимаются. В задачи такой роты входит, к примеру, глубинная разведка. Вот только зачем в батальоне связи матерые диверсанты? - спросил он шефа.

- А здесь вообще все просто, Толя, - отозвался полковник. - Таким спецам любая задача по плечу. Заметь, пеленгация и радиоперехват важнейшее звено в армейских структурах. Но все уж больно сложно, запутанно. Давай поговорим об этой отдельной роте. Допустим, два взвода несут чисто охранные функции, а два других специализируются на глубинной разведке совершают рейды, выявляют базы террористов, сообщают координаты и так далее. Допускаешь такое?

- Вполне.