Как девочку по голове погладь, Коснись виска спокойною рукою. И время чудом обернется вспять И позовет в дорогу за собою.

Коснись виска - исчезнет седина, Коснись виска - разгладятся морщинки, Которые тревога навела. Коснись виска - растают в сердце льдинки.

Как девочку погладь по голове, А я глаза закрою на мгновенье И в этой знойной летней тишине Услышу эхо музыки весенней.

Твоя трагическая резкость, Пластичность резкости твоей, Твоя мальчишеская дерзость И взрослость золотых теней Вкруг темных глаз - какое чудо Они свершают для меня? Нет, я не стану, я не буду Садиться близко у огня.

Ты есть - мне этого довольно... Но почему твое лицо Всплывает в памяти невольно, Замкнув бессонницы кольцо?

О пустота твоих ладоней, Неощутимость губ твоих! В таком невиданном разгроме Избитых, позабытых рифм...

Твоя стремительная плавность, Усталость тонкого лица И вся загадочность и странность Меня обманут до конца. Все выманят, обезоружат, По капле высосут стихи И, точно вещь совсем ненужную, Небрежно бросят на пути. Но пусть потом мне будет больно, Сейчас одно грозит, как риф Острейший: пустота ладоней, Неощутимость губ твоих.

Я в первый раз не знаю, что сказать, Я в первый раз пророчить перестала. Что думать о конце, когда начало Я не могу ни вспомнить, ни понять? Нельзя играть по надоевшей схеме, И знаю лишь одно: да, я люблю. Но на до мелочей знакомой сцене, Забывши роль, безмолвная стою. А мысленно - такие диалоги! Такой поток сверхостроумных фраз! Но вслух... Лишь лепет, жалкий и убогий, Под ироничным взглядом темных глаз.

И снова ночь. И перезвон курантов. И тихий шорох ветра за окном... Так получилось. Мы не виноваты, Хотя порой и правы не во всем. Так получилось. Фарс и мелодрама Сплелись в один трагический клубок. Смеяться - поздно. Плакать - слишком рано. Да и о чем, когда не вышел срок Тому, что было и тому, что будет, Что есть уже и что лишь предстоит? И даже цепь привычно-странных будней Меня уже почти не тяготит.