Ленин неоднократно подчеркивал, что по целям, характеру и движущим силам революция в октябре 1917 г. была «революция буржуазная» (Т. 37, С. 508; Т. 38, С. 143, 178, 192), Он говорил, что третья русская революция должна лишь «в своем конечном итоге привести к победе социализма» (Т. 35, С. 2). Официальное название «Великая Октябрьская социалистическая революция» появилось только в 1927 г., когда уже не Ленин, а кое-кто другой, определял или определяли идеологию «Партии и Правительства» (Сов. Россия. 05.03.92).

Ну а столь «догматический марксист», как Ф. Энгельс, еще в прошлом веке предвидел и предупреждал, что коммунисты, вынужденные стать у власти вследствие беспомощности и вялости всех остальных оппозиционных партий, когда материально-организационные условия осуществления социализма еще не созрели, будут вынуждены практически реализовать не свою программу и не свои интересы, а интересы общереволюционные и мелкобуржуазные, т.е. — интересы чуждого им класса, отделываясь от своего собственного класса фразами, обещаниями и уверениями в том, что интересы другого класса являются его собственными. (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., 2-е изд., Т. 7, С. 423; Т. 28, С. 490-491).

Так и получилось в России. Все пребывание коммунистов у власти — сплошная цепь вынужденных уступок в сторону интересов мелкой буржуазии и расширения рыночных отношении. Декрет «О земле» был принят эсэровский, т. е. мелкобуржуазный (В.И. Ленин. ПСС, Т. 35, С. 27). А в новой экономически политике в очередной раз «мы сделали уступку крестьянину, как торговцу, принципу частной торговли», — констатирует Ленин (Т. 45, С. 370). Заметим, что новая экономическая политика во многом совпала с «Экономической программой ПСР» - партии социалистов-революционеров, опубликованной в апреле 1921 г. в журнале «Революционная Россия».

В 1952 г. И.В. Сталин узаконил эту политику уступок, заявив, что рынок и закон стоимости могут, якобы, обслуживать социализм так же хорошо, как и капитализм, о чем подробнее расскажем в дальнейшем.