Возникали психологические препоны, о которых, между прочим, хорошо сказал советский писатель Федор Абрамов, встречавшийся с Линной, полюбивший его талант и написавший об этом очерк.

«Жизнь моего поколения, – читаем в этом очерке, – была дважды омрачена военными распрями с Финляндией, и это, конечно, не могло не сказаться на моем отношении к северному соседу.

Финны, люди Суоми, представлялись мне (да и только ли мне?) жестокими и коварными вояками, не знающими ни жалости, ни пощады. И напрасно я, филолог по образованию, пытался воскресить в памяти миролюбивый эпос «Калевалы» – пережитые войны, ленинградская блокада, из которой я чудом вышел живым, не оставляли места для сказок.

И так продолжалось, пожалуй, до тех пор, пока я не прочитал книгу Вяйнё Линны «Здесь, под северной звездой».

Книга эта за одну ночь (а я помню, как ее читал) промыла мне глаза, начисто вымела из головы весь мусор прежних представлений, и я увидел Финляндию истинную, страну неповторимо самобытную, со своей историей, со своими нравами и обычаями, заселенную очень близкими и понятными мне людьми, у которых те же печали и радости, те же заботы и тревоги, что у нас, русских…»

Федор Абрамов упомянул и о том, что Линна в свою очередь прочитал в финском переводе его роман «Две зимы и три лета», после чего сказал: «Если бы я писал своего «Неизвестного солдата» после чтения вашей книги, я, возможно, кое-что написал бы иначе, потому что одно дело стрелять в абстрактных, неизвестных тебе людей, и другое дело – в Михаила и Лизу»

Для финского общества Линна своим романом тоже открывал правду о войне, правду жестокую, для многих непривычную и шокирующую, но выношенную опытом жизни.

Вяйнё Линна родился 20 декабря 1920 года в деревне Уръяла под Тампере. Отец Линны, происходивший из так называемых торпарей, мелких крестьян-арендаторов, был забойщиком скота. В 1928 году, после смерти отца, семья Линны переселилась в дом деда, бывшую торпарскую усадьбу.