"Ну, а ты как думаешь?"

"Я думаю, что ты сам Сатана. Я думаю, ты дьявол".

"Нет".

"Нет? Кем же ты тогда можешь быть?"

"Ты в самом деле хочешь знать?"

"Я в самом деле хотел бы".

"Ну тогда, я ! твоя Сознательность^

Через секунду я уже был охвачен приступом радости и ликования. Я бросился на это создание с рёвом:

"Будь ты проклята! Я сотни миллионов раз желал, чтобы ты стала осязаемой, и чтобы я когда-нибудь смог взять тебя руками за глотку! О, но теперь кровавая месть..."

Не тут-то было! Молния не движется с такой скоростью, как моя Сознательность! Человечек так резко взметнулся наверх, что в тот момент, когда мои пальцы схватили пустой воздух, он уже успел взгромоздиться на вершину книжного шкафа, приставив большой палец к носу в знак насмешки. Я запустил в него кочергой и промахнулся. Я метнул сапожным клином. Не видя ничего вокруг, я стал метаться с места на место, хватать и швырять в него все "снаряды", что попадались под руку; град из книг, чернильниц и кусков угля наполнил воздух и безустанно бил по убежищу карлика, но всё безрезультатно; проворная фигурка увёртывалась от каждого снаряда; более того, он разразился хохотом, полным сарказма и триумфа, когда я сел, наконец, истощённый. Пока я переводил дыхание от усталости и возбуждения, моя Сознательность наставляла меня:

"Мой покорный слуга, ты необычайно слабоумен ! хотя нет, это всё же характерно. По правде говоря, ты всегда последователен, всегда спокоен и всегда ! осёл. Иначе, если бы совершили эту попытку убийства с грустью на сердце и обременённой совестью, я бы тотчас согнулся бы под такой тяжестью. Глупец, я бы тогда весил тонну и не смог бы оторваться от пола; но вместо этого ты так взволнован и воодушевлён задачей убить меня, что твоя сознательность легка, как перышко. И вот, я здесь, наверху, вне твоей досягаемости. Я могу почти испытывать уважение к обычному, заурядному типу дураков; но ты ! у-у-у!"