Лу лежала на спине. Ее бледное лицо обрамляли каштановые волосы, покрывавшие всю подушку. Она улыбалась во сне чему-то, видимо, очень приятному. Простыня была сброшена в ноги и прикрывала только ее ступни. У нее было красивое тело. Именно таким красивым я его себе и представлял. Оно было так же красиво, как тело Мэй.

Я проглотил стоявший в горле комок. Какой-то болван продолжать стучать в дверь. Одного желания, чтобы он убрался, было, видимо, недостаточно.

Убрался он или убралась она? А если это была Мэй?

Я прикрыл Лу простыней и встал с кровати. Первые мои шаги были столь же неуверенными, как шаги ребенка, которого учат ходить. Голова была слишком тяжела для шеи. Сердце билось в унисон с ударами в дверь, и я все никак не мог восстановить дыхание после продолжительного бега во сне.

– Кто там? Что вам надо? – спросил я, запинаясь от щекотания в горле.

– Это я, Мантин, старик, – раздался за дверью мужской голос. – Открой. Впусти меня.

Я не знал никакого Мантина, но уже был рад тому, что это в любом случае была не Мэй. Я сделал еще шаг по направлению к двери и споткнулся о бутылку, которую успел подхватить рукой. Она была почти полна виски, и я позволил себе отпить приличный глоток. Стало лучше, но не очень. Не расставаясь с бутылкой, я отодвинул задвижку и открыл дверь.

В коридоре я увидел невысокого роста человека с серыми, широко расставленными глазами, с загорелым лицом и черными волосами. На нем был костюм из белого шелка и сидящая на макушке шляпа, стоившая сотню долларов. На вид ему было лет сорок пять. На одной руке сверкал бриллиант размером с ноготь большого пальца. Во рту была свернутая вручную сигаретка. Короче, у него была внешность разбогатевшего – сильно разбогатевшего – преступника.