Негласная цензура революционных кругов, всегда по своей суровости на много превосходившая цензуру официальную, так запугала пушкиноведов, что они, боясь обвинения в реакционности и черносотенстве, боялись коснуться запретной темы о Пушкине, как о политическом мыслителе.

До Октябрьской революции первую и единственную попытку коснуться этой темы сделал редактор первого посмертного издания сочинений Пушкина П. В. Анненков, являющийся и первым пушкиноведом по времени, в своей статье "Общественные идеалы Пушкина". (4)

После Октябрьской революции С. Л. Франком написана небольшая, но чрезвычайно ценная работа "Пушкин как политический мыслитель". К работе приложены заметки князя Вяземского о политическом мировоззрении Пушкина. Работа С. Франка небольшая по объему, но ценная по содержанию, пробивает громадную брешь в названной теме. Вот по существу и все, чем мы располагаем в области изучения политического мировоззрения гениальнейшего русского поэта.

Что же касается пушкиноведов в СССР, то никто из них, конечно, и не смеет и помыслить о том, чтобы показать политическое мировоззрение национального поэта таким, каково оно есть на самом дела, т. е. национальным.

Написать правду о политическом воззрении Пушкина - значит вбить осиновый кол в утопическое бунтарство русской интеллигенции, в результате которого погибло национальное государство, за судьбу которого всегда так боялся гениальный поэт. Написать правду, - значит вскрыть истину, кто и как постарался украсть у русского народа замечательного политического мыслителя.

III. ПУШКИН, КАК ВОССТАНОВИТЕЛЬ ГАРМОНИЧЕСКОГО ОБЛИКА РУССКОГО ЧЕЛОВЕКА ДОПЕТРОВСКОЙ РУСИ

Как некий Херувим,

Он несколько занес нам песен райских,

Чтоб, возмутив бескрылое желанье

В нас, чадах праха, после улететь...

А. Пушкин. Моцарт и Сальери.

I

Бердяев, Мережковский и ряд других представителей "западнической линии" в наши дни усиленно подчеркивали, что Пушкин лишен русских национальных черт: стихийности, безграничности, дионистического начала.