– Практически ничем. Сам Касьянов говорит, что ему не уступили дорогу там, где разъехаться невозможно, и это вызвало раздражение. Себя он назвал коммерсантом, кавказцев – деловыми партнерами. Правда, перед этим я допросил одного из кавказцев, так тот сказал, что «этот козел» нанял их, чтобы как следует изуродовать двух парней – нас с сыном то есть.

– Я тебя попрошу, Владимир Алексеевич, соблюдать крайнюю осторожность. И постараться избегать по возможности всех конфликтов. Даже словесных перепалок.

– Я, товарищ генерал, конфликтов по возможности всегда избегаю. Но в данном случае таковой не имелось. Мы были вынуждены защищаться. Один из нападавших, представившийся чемпионом мира по панкратиону, убежал, не вступая в драку, когда остался один против нас двоих. Остальных оставили там же, а машину загнали в сугроб. Пусть выбираются сами.

– Честно говоря, я был бы склонен предположить, что это какая-то случайность, если бы не показания нападавших. Что думаешь предпринять?

– Думаю продолжить поиски жены, товарищ генерал. И предполагаю, что мне постараются в этом помешать. Готов к жесткому противодействию. Вдвоем мы им не по зубам. Хотя, конечно, у них тоже есть специалисты.

– Как освободишься, заезжай. Я буду на месте допоздна. Все. У меня «красный телефон» звонит. До встречи.

«Красный телефон» в кабинете генерала был в действительности красным. Хотя телефонные аппараты с таким названием имелись у любого командира – они являлись прямыми телефонами для связи с руководством и вовсе не обязательно отличались цветом.

Владимир Алексеевич убрал трубку.

– Департамент «Z»? – спросил сын, который слышал весь разговор; ну, если не весь, то хотя бы слова отца пропустить мимо ушей он не мог никак. – И что это за Департамент?

– Не знаю. Я служу в Департаменте «Х». Считал, что существует всего один такой. Оказывается, есть также Департамент «Z», а кроме него еще и Департамент «Y», с которым, как только что сказал генерал, нам в недалеком будущем предстоит сотрудничать.