Врачи свято блюдут свой распорядок и в нерабочее время дают только платные консультации. Можно было бы получить и такую, но для этого следовало застать на месте хотя бы одного врача или дежурную медсестру в приемном покое. Поэтому отец сына к осторожности на дороге не призывал – сам понимал, что ехать следует быстрее.

* * *

В областном центре прохожие не могли объяснить толком, как проехать в больницу. Знали приблизительно, где она находится; кто-то даже сказал, на каком троллейбусе туда можно добраться, но из его путаных объяснений понять, где он ходит, было невозможно.

– Такси, – сообразил наконец Владимир Алексеевич. – Нужно у таксиста спросить. Можно заплатить, и за ним проехать.

Так и сделали. Таксист на стоянке был рад такой оказии, только плату потребовал сразу, словно сомневался в честности людей, не пожелавших стать его пассажирами. Впрочем, цена оказалась далека от московской. Вслед за такси добрались быстро.

В приемном покое к офицерам отнеслись уважительно. Спросили дату поступления, поискали в регистрационных книгах и, к удивлению полковника Кирпичникова, сообщили:

– Есть такая. Только...

– Что? – почувствовал полковник подвох.

– Она в шестнадцатом отделении.

Медсестра смотрела с каким-то особым видом, взглядом подчеркивая значимость своих слов.

– Шестнадцатое отделение – это хорошо или плохо? – переспросил Кирпичников.

– Это следственное отделение. Там содержатся преступники, которые находятся под следствием. Свидания с такими пациентами запрещены. Допускаются только следователи и адвокаты, но только в сопровождении санитаров. В шестнадцатом отделении у нас с порядком строго. Как в прошлом году один сбежал, так строгости и ввели. Все по инструкции.

– А кто может дать разрешение на свидание? – поинтересовался Геннадий.