Теперь мы стояли в узком переулке, вокруг были лишь высокие каменные заборы, такие же живописные, как и во всем мире.

– Ну и где твоя гостиница? – недовольно осведомилась я у Мариши, которая уже несколько минут пыталась разобраться в сопроводительном листке, прилагавшемся к путевке. – И почему нас не встретил гостиничный автобус, как было указано? Может быть, и двухместный номер со всеми удобствами окажется такой же туфтой? А может, и гостиницы никакой нет и нам придется возвращаться обратно в Питер?

– Подожди, – отмахнулась от меня Мариша. – Сейчас разберемся.

– Предлагаю пройти вперед, а не торчать в этом проулке, – предложила я, так как темнеть начало удивительно быстро, дети куда-то исчезли, а вместо них появились какие-то подозрительные личности мужского пола, жадно уставившиеся на нас.

Мы поспешно прошли несколько метров, завернули за угол, и перед нами неожиданно оказалась вполне современная площадь, вымощенная белой плиткой и с электрическими фонарями по краям, которые хотя и не горели, но все равно приятно радовали глаз. Справа от площади проходили железнодорожные пути, через которые был перекинут подвесной мост, а прямо перед нами высилось двенадцатиэтажное здание нашей гостиницы.

– Вот видишь! – с торжеством заявила Мариша. – Гостиница на месте.

Номер нам выделили двухместный, с душем, телевизором и холодильником, в котором жила целая коммуна усатых тараканов, использовавших его в качестве кондиционера в жаркое время суток и как столовую в остальное время. То есть сидели они там практически безвылазно, и все наши попытки выдворить их оттуда успеха не приносили. Не успевали мы выжить одну семейку, как ей на смену являлись ее ближайшие родственники и, должно быть, наследники.

– Предлагаю пойти погулять, – сказала Мариша, как только мы покончили обозревать свои покои. – На улице хоть тараканов нет.

Тараканов там не было, но зато гордо фланировали почти такие же усатые, как тараканы, мужчины.