Такие устремления встречают агрессивный отпор со стороны украинствующих всех мастей и оттенков, всеми силами старающихся не допустить языкового равноправия. Надеясь превратить бывшую Малую Русь в монокультурное, моноэтническое украинское государство, украинствующие для достижения своих целей используют имеющиеся в их руках рычаги государственной власти — особенно в сферах, связанных с языковой, культурной, образовательной и информационной политикой государства.

Проживающие на Украине русские (великороссы), имея весьма туманное представление о сущности и происхождении украинской книжной культуры, принимают на веру утверждения украинствующих о том, что украинская, антирусской направленности, идеология — есть естественное создание украинского народа. Будучи, в массе своей, глубоко безразличными к вопросам духовным и не понимая величия и уникальности русской культуры, они легко дали себя убедить в том, что обособленная от русской «высшая» украинская словесность является равновеликой словесности русской — которая, будто бы, для украинцев чужеродна и навязана им извне. Поэтому, внутренне признавая справедливость претензий и притязаний украинствующих и ощущая свое гостевое положение на Украине, русские (великороссы) полагают себя обязанными делать в сторону украинских властей верноподданнические реверансы, при каждом удобном случае не забывая подчеркнуть, что хотели бы верой и правдой служить новому украинскому государству (только бы их не считали «людьми второго сорта» и давали бы возможность в полной мере пользоваться русским языком). При этом их ничуть не смущает то обстоятельство, что главным назначением независимого украинского государства (то есть тем, во имя чего оно в свое время было задумано) является раскол русского единства и окончательная погибель всей России.