Рассказывать при этом можно о чём угодно, например, о скупке контрольных пакетов акций газет, журналов и телеканалов, строительстве развлекательных центров в Москве и т.п. Оно и понятно: ведь никаких целей деятельности государство как крупнейший акционер перед концерном и его руководством официально не поставило, считая, видимо, достаточным лишь то, что написано в Уставе РАО. Да и никаких критериев оценки работы руководителей РАО государство не определило... Затем заслушивается отчёт аудиторской фирмы и идёт обсуждение итогов работы. Но кто выбирал и нанял конкретного аудитора, чей голос был решающим? Правильно, того же управляющего. Кто принимает решение о регламенте обсуждения и прекращает прения, если у акционеров возникают “не те” вопросы? Опять - тот же управляющий... После чего логично перейти к утверждению годовых отчётов, бухгалтерских балансов, счетов прибылей и убытков, распределения прибылей и убытков. Вот здесь нашему управляющему всё-таки приходится перед голосованием получить предварительное письменное согласие на голосование со стороны Правительства. Но если Правительство подписывает такие договоры, то уж с такой мелочью, как право проголосовать на отчётном собрании какие проблемы? И после этого можно с полным правом и лёгким сердцем решить, признавать ли работу нанятого акционерами руководства “Газпрома” и лично управляющего удовлетворительной или не очень. Голосуют собравшиеся представители акционеров, представляющие (в условиях распылённости большей части акций среди мелких акционеров), в лучшем случае, процентов 50-60 от всех акций. Чей голос решающий? Государства. Кто голосует от имени государства (от нашего с вами имени) 35 процентами голосов всех акционеров за то, чтобы признать работу руководства “Газпрома” не какой-то там удовлетворительной, а просто совершенно замечательной? Правильно - тот же самый управляющий, деятельность которого обсуждается.

И особенно замечательно, что за выполнение этой тяжелейшей работы по самоуправлению и самоконтролю государство обязано ещё и выплачивать “Газпрому” немалые деньги. Какие? Действительно немалые: сорок пять процентов от суммы причитающихся государству дивидендов - по договору от 1994 года; и два процента от причитающихся государству дивидендов -по договору от 1997 года!