Ни образовательного уровня, ни общественной мобильности, ни иных факторов, характеризующих интеллектно-экономический потенциал во всех видах рациональных экономических теорий, в "теории распределенного образа жизни" просто нет. Люди показаны и явлены не просто даже, как потребители потребительского общества, а как РАБЫ ТОГО МАТЕРИАЛЬНОГО ПОЛОЖЕНИЯ, КОТОРОЕ ОПРЕДЕЛЕНО КАК УСЛОВИЕ ИХ ВЫЖИВАНИЯ. Ничем, кроме попытки теоретического обеспечения либеральной диктатуры, такую теорию не назовешь. В ней напрочь исключены из рассмотрения все факторы либеральной модернизации, противопоказанные либеральной диктатуре, как "беспокойства". Более того, этой либеральной диктатуре даже отказывается в модернизации пиночетовского рода, когда населению хотя бы была представлена возможность экономического развития в сфере услуг, обслуживающей военно-административно-монетарную модель сырьевой, экспортной экономики. Ни одного фактора, существующего "в реальности", или "на деле", способствующего хотя бы конъюнктурной модернизации не увидено, и не услышано Кордонским в его концепте "распределенного образа жизни", а, ведь, этот концепт полагается им "как субститут общества". Он исключает эти факторы одним росчерком пера: "Те параметры, которые в "реальности" считаются стратообразующими, при распределенном образе жизни "на самом деле" оказываются мало существенными. Это относится к роду занятий, размеру официального дохода, социальному положению и происхождению, а также многим другим параметрам, лежащим в основе государственной статистики и управления (!!!!!). В "на самом деле" нет общества, политической жизни, оппозиции, политической элиты, средств массовой информации (!!!!). Решения власти интересуют народ, живущий распределенным образом жизни, только в том случае, если решениями этот образ жизни затрагивается: цены на транспорт, энергоносители, водку и доллар бурно обсуждаются в электричках и на дачных посиделках".