«За десять лет проели и разворовали наши ресурсы. Веер возможностей сузился до предела. Или дальше в периферийный олигархат, к судьбе загнанной клячи „мирового сообщества“, или продираться на ту же траекторию, по которой шёл, рыская по ложной карте

Возникла «петля гистерезиса». Отказавшись от советского строя при некотором «уровне неудобств», люди вовсе не откажутся от нового строя при том же «уровне неудобств» — они терпят вещи, о которых раньше и помыслить не могли, даже не верили, что такое может быть… Для нового отказа потребуются намного более тяжёлые «неудобства», и заранее определить этот уровень трудно, срыв может быть обвальным

Так известный политтехнолог Сергей Кара-Мурза нагнетает обстановку в статье «Матрица — 2003», опубликованной в «Литературной газете» № 52 (5906) 25 — 31 декабря 2002 г. Действительно по некоторым показателям многие граждане бывшего Советского Союза «высоко оценивают советский строй, а обратно в него не хотят». И хотя не все опрошенные в состоянии мотивированно объяснить этот парадокс и внятно ответить на вопрос чего они хотят от будущего и главное — как это сделать? — поскольку представители толпы концептуально безвластны, но этот парадокс далеко не у всех вызывает недоумение. В России есть и концептуально властные люди, у них по этому поводу нет недоумения, и они не избегают обсуждать эту тему хотя бы потому, что в отличие от скулящих политтехнологов, понимают: в прошлое вернуться невозможно даже при всём желании кого бы то ни было, а семена будущего — посеяны в прошлом и сеются ныне.

3. Психически нормальным людям свойственно думать о будущем и не терять убеждённости в том, что будущее всяко будет лучше прошлого. Вне зависимости от того, относит себя человек к верующим или неверующим, но в этой убеждённости выражается как минимум его подспудная вера в то, что Вседержительность безошибочна и всё, что ни делается, — к лучшему. Эта убеждённость проистекает из их способности сопоставлять прошлое и настоящее в стремлении к тому, чтобы сделать будущее лучше прошлого. Но понятия «лучше» «хуже», а также идеалы, которые желательно сделать нормой жизни общества в будущем, обусловлены объективной нравственностью людей, нравственностью такой, какова она есть на самом деле, а не такой, какой свою нравственность одни люди стремятся показать другим.