Дело в том, что Россия на протяжении всего последнего тысячелетия (если не ранее) живёт и развивается, преодолевая кризис концептуальной неопределённости управления. Однако говорить о концептуальной определённости в публичной политике всё прямо и открыто — во многих исторически конкретных обстоятельствах означает не только нарушать нормы «политкорректности», но в ряде случаев это означает своими руками разрушить свою же политику.

Так и ныне многие граждане России обвиняют президента В.В.Путина в бездействии и наплевательском отношении к народу: дескать, он только говорит, а народ по-прежнему живёт бедно и плохо. Заботящийся о народе глава государства, дескать, должен решительно устранять из государственного аппарата политических противников, ставленников зарубежных государств и мафий, продвигать «хороших людей» в органы власти и т.п., а не пускать всё на самотёк, покрывая в нём злоупотребления молчанием. Нечто подобное высказывает и В.Т.Третьяков

«Новое, первое во втором сроке президентское Послание Владимира Путина Федеральному Собранию оставляет двойственное, даже тройственное впечатление.

С одной стороны, нельзя не согласиться с большинством положений и предложений этого Послания.

С другой стороны, не совсем понятно, почему политический руководитель России выступает с текстом, большая часть которого носит не политический, а экономический и, я бы даже сказал, технический характер.

С третьей стороны, почему лидер страны лишь в наиболее общей форме излагает политические (во внутренней сфере) и стратегические (во внешней) приоритеты России? Эти приоритеты вполне привлекательные («свободное общество свободных людей», например), но требуют для их достижения как минимум разработки и обсуждения сложнейших и тончайших политических и социальных механизмов и инструментов. Об этом бы и хотелось услышать мнение президента