Теперь же, — именно благодаря итогам выборов 2003 г. — КПЕ объективно поставлена в такое положение, что её руководство избавлено от необходимости выявлять «случайных “попутчиков”» и не допускать их в партийные списки: КПЕ с её долгом (в обоих смыслах: и в финансовом перед государством, и в морально-этическом перед обществом) и идеями, которые обязывают людей не верить в вождей, несущих эти идеи, перекладывая на них всю ответственность за судьбы свои и человечества, а самим осваивать эти идеи и развивать их самостоятельно творчески по мере возникновения в этом потребностей, — слишком непривлекательная для политических проходимцев вывеска для трансформации капитала финансового в капитал политический и политические дивиденды.

Но в то же самое время, реально ничто не мешает КПЕ стать инструментом реализации политической воли концептуально властных людей.

Соответственно этому обстоятельству должна строиться и работа партийцев на местах, и организация деятельности партии в целом. Причём эти две вещи взаимно связаны, и связь эта по существу не разрывная.

Прежде всего, поскольку партия не является партией системной оппозиции и привлекательным трансформатором капиталов финансовых в капитал и дивиденды политические, то она не может и работать в режиме, в котором работают подавляющее большинство партий России: ЦК «окучивает» «инвесторов в политику» и финансирует деятельность периферийных организаций, «инвесторы в политику» «окучивают» вождей и ЦК.

Концептуальная властность объективна и объективно проявляется в том, что люди по месту их пребывания, по месту жизни и деятельности оказывают осмысленное целесообразное воздействие на течение тех общественных процессов, с которыми они соприкасаются, подчиняя разнородные ресурсы общества избранной ими Концепции жизни общества.