Произойдёт существенное снижение потребности в долларах, обслуживающих внешнеторговые операции. Ведь на государства ЕС приходится 38% мировой торговли. Аналогичный показатель для США составляет всего 12%, однако в долларах при этом совершается 48% всех торговых операций. Естественной реакцией европейских центробанков на валютную интеграцию станет сокращение долларовой массы и увеличение доли других валют (евро, иены). Объем “лишней” долларовой массы, как предполагается, составит 50 млрд. долларов (наше замечание: вся “лишняя” ничем не обеспеченная долларовая масса в мире составляет сегодня примерно 50 000 млрд, то есть 50 триллионов долларов). Между тем долларизация России достигла невиданных масштабов. Практически все накопления населения и предприятий происходят в долларах. В преддверии раздела мирового финансового рынка, страхуясь от обесценения доллара, Россия может “уйти” в евро и выбросить на валютный рынок до 60 млрд. долларов (а здесь он ошибся на один нуль). И они сыграют роль выстрела стартового пистолета. Сброс долларов будет нарастать как снежный ком. Долларовая пирамида может обрушиться, как рухнула пирамида ГКО в России.»

Вскоре после этого интервью Петр Родионов лишился своей весьма «хлебной» должности.

После крушения Энрона и WorldCom вопрос о крушении мировой кредитно-финансовой системы видимо встал настолько остро, что левые и правые марксисты забили тревогу. Правые либералы заговорили даже о «мобилизационной экономике» (статьи М.Антонова на сайте pravda.ru) и о национализации сырьевых отраслей («Закон о недрах» в администрации президента). Не прекращается обсуждение проблемы возвращения валюты вывезенной из страны, но есть и такие (Шохин, например), кто считает, что сотни миллиардов долларов, если они вдруг вернуться в Россию, окончательно угробят её экономику, поскольку сотни миллиардов долларов для выплаты зарплаты придётся обратить в триллионы рублей.