
Второй и гораздо более важный вывод состоит в том, что пришельцы антропоморфны. Чем бы Они ни отличались от нас, у Них есть голова, руки и ноги, есть пальцы, глаза и рот, а тела внешне имеют близкое к человеческому или аналогичное строение, и члены тела несут те же функции, что у земных людей (вспомните хотя бы о сексуальных опытах над фермером Антонио, описанные в [4]). К тому же инопланетяне владеют речью, носят одежду, активно пользуются техническими устройствами, и вся совокупность этих фактов говорит о многом. Например, о том, что между нами и Ими нет непреодолимой границы, как между человеком и океаном Соляриса, придуманным Станиславом Лемом. Они не осьминоги, не мыслящая плесень, не двутелы с Эдема, другой лемовской планеты, не разумные плазменные облака Фредерика Хойла; Они люди, и между нами и Ими наблюдается значительное сходство. А раз физиологический барьер отсутствует, то взаимопонимание может быть достигнуто без больших трудов – разумеется, при обоюдном желании.
Но не будем обольщаться: физиология – физиологией, однако существует еще и интеллектуальный барьер. Много ли общего между туземцем с Андаманских островов и специалистом-астрофизиком, изучающим внегалактические объекты? Оба они бесспорно принадлежат к земному человеческому роду, но всегда ли способен астрофизик объясниться с андаманцем? Например, рассказать об устройстве Мироздания или о том, как функционирует радиотелескоп? Или поведать о специфике своей профессии? Очень сомнительно!
