Абданк с любопытством насторожился.

- Однако же в приятной компании побывал! С чем же ты к хану ездил?

- С письмом светлейшего князя Иеремии.

- Так ты в послах был! О чем же его милость князь изволил писать хану?

Наместник быстро глянул на собеседника.

- Сударь полковник, - сказал он, - ты глядел в глаза татям, которые тебя заарканили, и это дело твое; но о чем князь писал хану, это дело не твое и не мое, а их обоих.

- Я было удивился, - хитро заметил Абданк, - что его милость князь столь молодого человека послом к хану отправил, но, услыхав твой, сударь, ответ, более не удивляюсь, ибо хоть и молод ты годами, но опытностью и разумом зрел.

Наместник невозмутимо выслушал лестное замечание, покрутил разве что молодой ус и спросил:

- А скажи-ка мне, ваша милость, что поделываешь ты возле Омельника и откуда тут взялся, да еще один?

- А я не один, я людей на дороге оставил, и еду я в Кудак к пану Гродзицкому, командующему тамошним гарнизоном, к каковому меня его милость великий гетман послал с письмами.

- Отчего же ты не поплыл на байдаках?

- Таков был приказ, от коего отступать мне не подобает.

- Странно, и весьма, что его милость гетман так распорядился, ведь в степи-то ты и попал в столь неприятную передрягу; едучи же водою, наверняка избежал бы ее.

- Степи, сударь мой, теперь спокойные, я их знаю хорошо, а приключившееся - это злоба человеческая и invidia*.

________________

* зависть (лат.).

- Кому же ты так не по душе?

- Долго рассказывать. Видишь ли, сударь наместник, сосед подлый у меня; он и мое имение уничтожил, и вотчину оттягать хочет, и сына моего побил. А теперь, как ты сам видел, и на мой живот покусился.

- Да ты, ваша милость, не при сабле разве?

Тяжелое лицо Абданка на мгновение вспыхнуло ненавистью, глаза хмуро загорелись, и он ответил медленно, неторопливо и четко: