В столовой был так пышно сервирован стол, что я, поеживаясь, спросила, не ждут ли они гостей? Оказалось, это все в мою честь. Аннета Георгиевна была одета в блестящие синие брюки и такую же жилетку. Руки у нее еще красивые, тонкие, но зато наметился второй подбородок. Лицо красивое, властное, с низким лбом. Поскольку она доктор наук, значит, действительно дело не в величине лба, а в количестве извилин. У нее, должно быть, очень много извилин!..

Сели за стол. Я попробовала кетовой икры, вкус которой уже забыла, и еще всякой вкусноты. Сережа был тихий-тихий и почти ничего не ел. Арсений Петрович мне заговорщически подмигнул.

Говорили о театре, о литературных новинках, о моей работе и планах на будущее. Аннета Георгиевна меня явно прощупывала. Выпили по бокалу шампанского - за окончание мною техникума, хотя в этой семье техникум за образование отнюдь не считали.

- Тяжело тебе, наверно, было работать и учиться? - обратилась ко мне Аннета Георгиевна.

- Не легко, конечно, но все уже в прошлом...

- Какими же профессиями ты располагаешь на сегодня?

- Слесарь-наладчик... Метеоролог-наблюдатель. Радист. Повар.

- Как, и повар? - улыбнулась Аннета Георгиевна.

- Моя мачеха, изумительная кулинарка, с детства приучала меня готовить. А потом я проходила стажировку у шеф-повара ресторана.

- Какая странная девочка! Зачем тебе столько специальностей?

- Ну... Работая слесарем, я зарабатывала на жизнь. А остальное... Метеорологу не мешает знать морзянку. В экспедиции может пригодиться. Так же, как и умение готовить. Вдруг заболеет радист или повар?

- А-а. Да.

Аннета Георгиевна недовольно взглянула на мужа и сына:

- Шли бы вы к себе. А мы здесь без вас поговорили бы с Марфенькой.

- Нет, дорогая, я догадываюсь, о чем ты собираешься с нею говорить,сказал Арсений Петрович,- и желаю присутствовать. Да-с!