Тем не менее, в нашем сознании укрепилось расхожее рационалистическое определение мифа как повествования с вымышленным и фантастическим содержанием. Часто приходится слышать нечто вроде: "Да, это всего лишь миф, это — сплошной вымысел". Подробности мифологической истории могут не найти подтверждения в жизни или вовсе оказаться абсолютной фантастикой, но в глубине содержания мифа лежит универсальная истина.

Миф может быть фантазией или продуктом воображения, оставаясь при этом истинным и адекватным: реальности. Он воплощает в себе множество граней и, уровней бытия, включающего как внешний рациональный мир, так и менее постижимый мир внутренний.

Эту путаницу, связанную с узким определением реальности, можно проиллюстрировать на примере тревожных мыслей маленького мальчика, возникших после ночного кошмара. Чтобы его успокоить, родители могут сколь угодно долго уговаривать сына, что это был всего лишь сон, и монстра, который в нем появился, в жизни не существует. Но эти уговоры не убеждают ребенка, и он прав. Для него чудовище было реальностью, такой же живой и настоящей, как и любое другое переживание событий внешнего мира. Приснившийся монстр существовал в его голове, а не в спальне, но все же для ребенка это была угрожающая ситуация, возбуждающая его эмоционально и физически. Для него это была его собственная внутренняя реальность, которую бессмысленно отрицать. Мифы изучались многими психологами. К. Г. Юнг, исследуя глубинные уровни человеческой психики, обращал особое внимание на мифы, ибо считал, что именно в них заложена первооснова психологической структуры. Анализируя миф об Эросе и Психее, мы попытаемся найти ее и осмыслить.

В первую очередь мы должны научиться психологически мыслить. Когда мы начинаем соприкасаться с содержанием мифов, сказок и собственных снов, происходит нечто очень важное. Терминология и мир старых мифов кажутся весьма странными, архаичными и далекими от современности, но, вслушиваясь в них глубоко и относясь к ним серьезно, мы начинаем что-то слышать и понимать. Иногда возникает необходимость в интерпретации символических значений, но уловив общий смысл содержания, ее сделать совсем нетрудно.