— Давайте встретимся еще раз, — предложила я. — Пока я все хорошенько обдумаю, и вы, возможно, еще что-нибудь вспомните… Давайте только договоримся, когда и где.

Чижова уже поднялась с кресла и теперь теребила ручку хозяйственной сумки. Никаких следов от ножа на ней не было, из чего я заключила, что это другая сумка.

— Завтра я весь день работаю, — задумчиво проговорила она. — Сегодня после обеда побегу к Игорю в больницу, а оттуда — в детдом ночевать… Даже не знаю, как нам с вами договориться…

— Знаете, что, — предложила я, — давайте я вместе с вами везде побываю — встретимся у вас дома, а потом поедем в больницу. Заодно я с Игорем поговорю, если не возражаете.

— Что ж тут возражать, — сказала Чижова. — Если у вас есть время… Подходите к часу. Я живу по адресу: улица Перспективная, дом сто четырнадцать, квартира тридцатая. К часу, я думаю, успею управиться и буду вас ждать. Приходите.

Глава 2

Мой рассказ произвел на сотрудников неоднозначное впечатление. Марина кивнула с таким глубокомысленным видом, будто эта история была ей давно известна, и сказала:

— — Так я и думала: у этой дамочки крыша поехала! Зато наш курьер, семнадцатилетний Ромка, преисполненный юношеского энтузиазма, пришел в восторг.

— Здесь какая-то тайна! — заявил он. — Лично мне эта женщина показалась совершенно нормальной. Просто она, сама не подозревая об этом, оказалась втянутой в какую-то аферу. Мы должны ей помочь!

Фотограф Виктор, худой, высокий и очень сдержанный человек, попросту пожал плечами. Он вообще был немногословен и осторожен в выводах. Его стихией было действие. В решительные моменты на него можно было положиться как на самого себя. Как-никак, а во время афганской кампании он служил в разведвзводе.

— А вы что скажете, Сергей Иванович? — обратилась я к нашему аналитику Кряжимскому.