Довольно откровенно было определено и отношение к демократии - в связи с соглашением в Беловежской пуще о ликвидации СССР. Что мы слышим от демократа Бурбулиса? Что СССР был империей, которую следовало разрушить, и он очень рад, что это удалось благодаря умным "проработкам". А как же референдум, волеизъявление 76 процентов граждан (да и последующие опросы, подтверждающие тот выбор)? Как можно совместить понятие "демократия" с радостью по поводу того, что удалось граждан перехитрить и их волю игнорировать? Совместить можно лишь в том случае, если и здесь перейти к новоязу: "Демократия - это способность меньшинства подавить большинство!".
Опять хочу подчеркнуть, что в политической практике ничего нового Бурбулис уже открыть не может - здесь все ясно. Важен факт хладнокровного сбрасывания маски. Ведь можно было и вопрос о распаде СССР трактовать мягко: мол, референдум был в марте, а после августа ход событий приобрел бурный и необратимый характер и мы, демократы, как ни старались выполнить наказ народа, сделать этого не смогли и т.д. Нет, сказано откровенно: большинство хотело сохранения СССР, а мы - нет. И мы его разрушили. Политика режима по отношению к воле, предпочтениям, пусть даже предрассудкам большинства носит демонстративный характер.
И все это уже после расстрела детей в Ходжаллы - они своей смертью оплачивают радость по поводу крушения империи. После бойни в Бендерах и Курган-Тюбе. После того, как остались без хлопка русские ткачи и без цветных металлов - машиностроение России. Погружением в катастрофическую разруху обернулся для нас геростратов комплекс Бурбулиса и олицетворяемого им режима. Ведь мог бы сделать по этому поводу скорбное лицо - нет, откровенная радость.