Будучи "островом", Британия получила несомненное геополитическое преимущество, но одновременно с подарком она получила от судьбы и "ахиллесову пяту". Оказавшись вынужденной контролировать окружающие её "воды", Британия логикой истории была вынуждена начать экспансию вовне, Британия начала расширять границы, совершенно так же, как это делали другие народы, имевшие счастье жизни на "континенте", только в отличие от них Британия воевала не за "землю", а за "море".

Если Россия "прирастала" Сибирью и Средней Азией, если чаемое той же Германией "жизненное пространство" находилось во Франции или на "востоке", то Британия искала и обретала искомое в окружающих её морях. Англичане шли не от "острога" к "острогу", а от моря к морю.

Ровно то же самое обстоятельство связано и с Америкой. Она тоже отгорожена от "мира" морями и её, точно так же, как до неё Британию, сама "сила вещей" заставляет контролировать окружающие её "воды". Разница только в одном, разница – в масштабах.

Англия имела дело главным образом с Европой. С вековым, непримиримым врагом. С "континентом". Европейцы, сумей они лишить Англию возможности контролировать пути подвоза в метрополию "ресурсов" (очень неудачное, расплывчатое и не позволяющее в полной мере описать суть явления слово, но другого у нас нет), брали бы Англию за горло. Утратив преимущество на море, Англия оказывалась не просто уязвимой, она становилась беззащитной, и именно за это, за возможность контролировать моря, и шла борьба между Британской Империей и Империями континентальными.

"Да пребудет с нами Сила" означало "да пребудет с нами сила военно-морского флота". Вся внешняя политика БИ была подчинена одной сверхзадаче – не допустить той степени усиления одного из европейских государств, которая позволила бы ему построить флот, не то, что превосходящий, но хотя бы равноценный британскому.