Будем считать, что мы с вами договорились: по смыслу классическая формула порчи должна пугать. Если этим пренебречь, то фраза может стать запоминающейся, но не более (типа шлягера-однодневки: «Жу-жу-жу, жу-жу-жу, я, как пчелка, кружу…»). Для подсознания это звучит страшно, но смысл слишком абстрактен, чтобы говорить о нанесении вреда такой фразой. Какое-то время она «повертится в голове» – ну и что? Как пришло, так и уйдет.

Но сравните: «Жилы вырву!» – этим можно отпугнуть. Или: «Рожу жутко раздерешь!» Или: «Мозги разжижу!» – тоже эффект дает весьма приличный.

Или такая убойная формула (угроза-проклятие):

«Страшно жаром погляжу – Жилы в глазах завяжу. Скажу жутко, скажу: Знай же – размозжу!»

Или вот тоже вполне приличное проклятие (это пожелание вреда, основанное на жестком кодировании, по сути, является мощной самореализующейся программой):

«Слышишь хорошо зараз? Жаром выжжет страшным глаз. Знай же – слезет жутко кожа, Увидишь жаром сожженную рожу». * * *

О том, как воспринимаются соответствующие фонетические конструкции, или формулы, неподготовленным к тому человеком – при тщательно отработанном невербальном поведении того, кто эти формулы произносит – хорошо написал Н. В. Гоголь в повести «Вий», фрагмент из которой мы и процитируем. Вспомните, как философ Хома Брут второй раз служит заупокойную службу по панночке:

«… Труп уже стоял перед ним на самой черте и вперил на него мертвые, позеленевшие глаза.