Мистер Ральф Гамон сделал вид, будто не расслышал оскорбительного для него замечания. Менее всего он был склонен пускаться в рассуждения о достоинствах, присущих крейзовским предкам.

— Если у Джоан и нет намерения выйти за меня замуж, то вы имеете не очень большое влияние, — заметил он. — Кто знает? Со временем все, возможно, изменится.

Лорд Крейз снял очки.

— Вы полагаете, я пользуюсь большим влиянием на дочь? В таком случае вы глубоко заблуждаетесь, голубчик. Она не считается с моими советами и более того — склонна поступать наперекор моим указаниям. Я должен признаться в том, что я очень плохой советчик. Пусть она поступает так, как ей угодно. Этого же правила всегда придерживалась и ее покойная мать.

— Я не могу предположить даже на мгновение, что Джоан откажет мне; вы должны переговорить с ней, — настойчиво продолжал Гамон, мрачно выплюнув кончик сигары.

Лорд откинулся на спинку кресла. Разговор был ему крайне неприятен.

— Хорошо, я переговорю с ней, — раздраженно воскликнул он. — Но я совсем забыл вам сказать, что вы не можете получить имение. Я ознакомился с документами и выяснил: имение заложено в Митлендском банке. Месяц назад истекал срок платежа, и банк продал имение одному весьма примечательному человеку по имени Джемс Лейсингтон Морлек. А что он предпримет, мне…

— Морлек!

Крейз удивленно вскинул глаза на собеседника. И без того неприветливое лицо Гамона стало угрюмым.

— Морлек? Неужели Джемс Лейсингтон Морлек? Разве он живет в этих краях? Неужели это и есть американец, о котором вы мне рассказывали на днях?