Есть такие примеры и в наши дни. Газеты много писали об одном достаточно известном и очень талантливом человеке, жителе Екатеринбурга, который в результате уличной схватки с хулиганами получил фактически смертельные поражения: его били тяжелой чугунной трубой по голове с явным намерением убить. Он пережил несколько клинических смертей, много месяцев провел без сознания, но выжил — и сохранил все свои способности и таланты, его интеллект нисколько не пострадал, сохранилась прекрасная память. Он и сейчас ведет активный образ жизни, увлекается спортом, занимается бурной общественной деятельностью, много ездит по стране. И мало кто догадывается, что большую часть его черепа не удалось восстановить и пришлось сделать ее из… пластмассы. И под этим пластмассовым черепом лишь остатки того, что называлось когда-то мозгом. Да, огромная сила воли, жажда жизни очень помогли ему. Но где же, так сказать, территориально находилась эта воля и жажда жизни, когда мозг бездействовал? Ответ прост: в энергоинформационных сферах.

Одной из наблюдаемых нами пациенток под Новосибирском была шестилетняя девочка, которая провела больше месяца на больничной койке в состоянии мозговой комы, когда деятельность всех жизненно важных систем организма поддерживалась только с помощью специальной аппаратуры. Врачи готовили родителей к худшему, ибо были убеждены, что девочка, скорее всего, не выживет, а если и выживет, то будет явно неполноценной. С точки зрения нашей медицины, столь долгое пребывание в коме не может пройти для мозга бесследно и в результате непременно начнутся нарушения психического развития.

Сейчас это вполне нормальный ребенок, нисколько не отстающий в развитии от своих сверстников. Медики не находят у нее никаких отклонений и нарушений и считают, что произошло чудо, потому что объяснений этому феномену они дать не могут. Но мы-то с вами уже знаем это объяснение: сознание «живет» не в мозгу. Оно не принадлежит к материальному миру. Оно принадлежит к миру энергоинформационному. К тому самому миру, существование которого не хочет признавать любое экономически ориентированное общество. И в этом его огромная и фатальная ошибка.