За барьерами таможенного контроля его ждала Светка Ковальчук, рыжая бестия, депутатская дочка. Поцеловала так, что барон аж глазами завертел по сторонам. Что о них подумают? Так целоваться благовоспитанный барон мог себе позволить только в интимной обстановке, но никак не в международном аэропорту. Однако народ не обращал на них никакого внимания, если не считать таксистов, но те преследовали свои цели.
– Я на колесах, – сказала Светка, облизываясь. В ее глазах горел огонь страсти.
«Ведь изнасилует же меня в машине, – подумал Отто Дитрих. – Не дотерпит до гостиницы». Хотя зачем он сюда приехал? Он приехал из-за русских женщин, ну, и делать бизнес, конечно.
Глава 1
Я позвонила Пашке – своему оператору – без четверти двенадцать, считая, что часа на раскачку ему должно хватить. Сказала, когда буду, и велела стоять у парадного во всеоружии, то есть с телекамерой. Не забыть паспорт: мы сегодня в очередной раз идем снимать в «Кресты».
На всякий случай перезвонила любимому оператору через пятнадцать минут, чтобы удостовериться, встал он или нет. А то ведь сегодня суббота, мается он, сердешный, после вчерашнего. Хотя Пашка независимо от дня недели мается после очередного вчерашнего… Но в субботу, как правило, он страдает больше обычного. Как, впрочем, и в воскресенье.
Пашка меня обматерил: он порезался во время бритья, услышав мой очередной звонок. Но ему не привыкать: сколько я его знаю, он или с трехдневной щетиной на щеках, или порезавшийся.
Без пятнадцати час я притормозила у его подъезда. Пашка сидел на лавочке рядом с двумя бабульками и пил пиво. Бабульки давали ему ЦУ – что следует снимать и в каком ракурсе. По-моему, мнение народа до оператора в субботу с утра доходило с большим трудом. Хотя, какое утро – некоторые люди уже обедают.
– Для тебя специально взяла, – сказала я, кивая на заднее сиденье, где лежали две бутылки пива.
– Ничего, не пропадет, – заметил оператор, выкладывая рядом закупленные им самим бутылки. – На обратном пути.