Теперь уже ясно, что причины разгрома Красной Армии заключались вовсе не во внезапности нападения гитлеровской Германии на СССР и не только во многих отношениях тогдашнем отставании нашей страны от Германии по уровню развития экономики и техники. Ни о какой внезапности нападения немцев говорить не приходится, СССР только и был занят и в течение нескольких предыдущих лет, и накануне 22 июня 1941 года подготовкой к войне с Германией. Красная Армия в несколько раз превосходила армию Германии по оснащённости самыми современными видами вооружения. Она имела свыше 20 тысяч танков — больше, чем все армии мира, вместе взятые. Их них 11,5 тысяч находились в западных военных округах, в их числе были тяжёлые танки «КВ» и Т-34, каких тогда не имела ни одна армия Запада. (Несмотря на это, нарком обороны С.К.Тимошенко и начальник Генерального штаба Г.К.Жуков, представляя правительству мобилизационный план 1941 года, требовали дополнительно поставить армии ещё почти 37 тысяч танков; Жуков и в своих мемуарах писал, что для полной готовности к отражению немецкой агрессии «нам не хватало» 32 тысяч танков, в том числе 16 600 машин новейших образцов.) У немцев же было сосредоточено на нашей границе около 3000 танков, преимущественно лёгких типов, с бронёй, защищавшей только от пулемётного огня, но не от снарядов. В советских Вооружённых силах насчитывалось более 20 тысяч самолётов, в том числе в приграничных военных округах 10 000; у немцев на нашей границе — 2500 самолётов. Такое же превосходство Красная Армия имела по артиллерийским орудиям и по многим другим количественным показателям. Того, что было заготовлено за 10 лет индустриализации и подготовки к отражению нападения врага, с лихвой должно было хватить для защиты страны при оборонительной войне и для завоевания Европы при войне наступательной (или оборонительной с переходом в контрнаступление).