Между тем в Киеве воссел на престол второй сын Ярослава Мудрого - князь черниговский Святослав, которого полностью поддерживал третий Ярославич Всеволод. Святослав, человек умный и волевой, был прекрасным полководцем. При этом он стремился к контактам с обосновавшимися в южнорусских степях половцами и совсем не тяготел к Западу. Его позицию можно назвать "националистической". К сожалению, узкие националисты всегда рискуют остаться без поддержки со стороны. Так и Святославу не удалось ни установить настоящего мира с половцами, ни восстановить отношения с Византией.

Тем временем внутри страны часть населения вернулась к язычеству. Славяне, как и их соседи тюрки и угро-финны, верили в существование упырей, то есть духов покойников, и духов природы: лесных, водяных, а также домовых. Такие взгляды религией называть неправильно. Это, скорее, "природоведение", соответствовавшее уровню знаний того времени. Вместе взятые, суеверия представляли собой какое-то подобие мировоззрения, но считать их настоящим религиозным культом нельзя, как нельзя отождествлять домового с Богом-Создателем. Интересно, что эти языческие верования прекрасно уживались и продолжают уживаться и с христианством, и с исламом, а в наше время - и с "научным" атеизмом. Сначала это явление называли двоеверием, затем стали говорить о суеверии, но название не меняет сути.

Вспышка языческого фанатизма отмечена летописью в 1071 г. В Ростовской земле объявились волхвы, которые в пору неурожая успешно находили "виновных" в голоде. Жертвами волхвов обычно становились женщины, очевидно, зажиточные крестьянки. Доставая у несчастных из-за спины зерно, волхвы убеждали волнующийся народ, что "бабы прячут жито". Женщины погибали, а движение волхвов, фанатиков-изуверов, захватывало все новые области.