Солнце скрылось за горизонтом. Близился вечер.

- Пора, - сказал Юрка. - Минут через двадцать подойдет "Москва". Скорость - двадцать узлов. Ждать надо на воде. А то мы ничего не успеем сделать, поняли?

Толкая лодку перед собой, они двинулись к середине канала. Нельзя сказать, чтобы это выходило у них очень быстро. То ли канал был широк, то ли лодка тяжела. Но в конце концов уставшие ребята заняли исходное положение и стали ждать появления "Москвы". Сигнал должны были подать Веснушкин или Огурец. Потекли томительные минуты.

- Эй, что у вас там такое? - крикнули с проходившей мимо самоходной баржи, увидев перевернутую лодку. - Не надо ли помочь?

- У нас полный порядок! - откликнулся Юрка. - Очищаем воду от всяких лишних вещей. Чтоб не мешали.

"Москва" заставляла себя ждать. Тем временем сумерки незаметно перешли в темноту. Весь день парило. Теперь собиралась гроза. Подул ветер.

- А вдруг "Москва" не придет? - засомневался Веснушкин-Судаков.

Вопрос остался без ответа. Слышно было, как клацали зубы посиневшего Огурца. Вода почему-то не казалась больше теплой.

- Вить, а здесь глубоко? - спросил Женька.

Веснушкин вздохнул, зябко повел голыми плечами и промолчал.

Никто не знал, сколько времени прошло после этих слов. Может быть, десять минут, а может быть, и час. Сидение в воде давно превратилось в пытку. Тьма стеной обступила ребят. Берег должен был быть где-то неподалеку, но, когда Юрка попытался найти его глазами, он не увидел ничего, кроме кромешной темноты. Одинокий бакен почему-то вспыхивал то справа, то слева, то за спиной. С необычайной отчетливостью Юрка представил гвоздь, торчавший из днища лодки, и подумал, что произойдет, если камера вдруг напорется на него. Странно, еще совсем недавно этот проклятый гвоздь Юрку совсем не волновал.