Когда мы спустились вниз, на улице столпились прохожие вокруг нелепо распластавшегося трупа, в темно-синем бархатистом халате, на асфальте.

Георгий таким же способом отправил на тот свет другого видного деятеля партии, ответственного работника международного отдела ЦК, заставив того выброситься с 12 этажа.

Генерал уже не очень мне доверял и, когда нас с Надей не было в отделе, приказал Георгорию еще убрать бывшего представителя ЦК, тоже занимавшегося когда то хозяйственной деятельностью.

Прежде чем это сделать, Георгий пришел ко мне.

- Ты уже все знаешь?

- Еще нет. Что произошло?

- Я имел разговор с генералом. Он приказал мне расправиться с еще одним деятелем партии.

- Нас уже в курс дела не ставят.

- Так я пойду...

- Ты получил приказ, иди.

- Да, я пойду исполнять. Я так воспитан исполнять приказы. Нечего на меня давить, я служу своей родине.

- А кто говорит, что ты не служишь?

- Вы так относитесь ко мне, как к врагу.

- Очень плохо, Георгий, что ты ничего не понял. Меняется жизнь и мы скоро сменим хозяев. Еще неизвестно, простят ли нам новые того, что мы творим сейчас.

- Мы выполняли приказ.

- Иди лучше, Георгий, иди...

Георгий не придумал ничего нового, а тоже заставил мужика выброситься из окна.

Газеты в недоумении, три одинаковых случая самоубийства, все повыпрыгивали из окон, уж не убийство ли это. Однако, следствие, наличие посторонних лиц в квартире во время самоубийства не установило. Все дела тихонечко закрыли.

Надя лупила в мою дверь своим кулачком.

- Михаил, открой.

Я распахнул дверь. Она ворвалась в квартиру.

- Они решили нас убить.

- Успокойся, кто они?

Надя расплакалась, прижавшись ко мне.

- Я подслушала, верхушка КГБ решила ликвидировать наш отдел, а ее активных участников убрать.

- Сейчас ты мне все подробно расскажешь. Сядь, соберись с мыслями и давай.