– Вот и хорошо. Предупреждаю: формирование группы носит гриф совершенно секретно. Семьи не должны ничего знать ни о группе, ни тем более о тех задачах, что ей предстоит решать в Афганистане. Порядок применения отряда «Марс» будет определен позже, но командировки скорее всего предстоят длительные. Готовьте список кандидатов. Свободны!

Крымов с Тимохиным вышли из здания резиденции. Закурили.

– Вот такие, Саня, дела, – проговорил начальник отдела спецмероприятий управления. – Чего-чего, а совместной работы с американцами я никак не ожидал.

– Этого, по-моему, не ожидал и Феофанов. Мне непонятно, на хрена две группы разных государств объединяют в отряд? Ладно, я согласен, что решение в Кремле имеет под собой почву. Но зачем отряд? Мы уже имели опыт взаимодействия с американским «Кайманом». И этот опыт показывает, что целесообразнее использовать группы автономно, даже при решении общей задачи.

– Думаю, здесь больше политики, чем военной целесообразности. А где вмешивается в дело политика, там ждать чего-либо позитивного не приходится. Но приказ, хочешь не хочешь, а выполнять придется!

– Придется… Только, признаюсь, Крым, не по душе мне это мутилово. Уж лучше бы нас одних отправили в Афган решать задачи – и наших, и американцев. Да еще подчиняться какому-то бригадному генералу, чья роль в отряде настолько размыта, что и не определишь, каким образом этот Харсон будет руководить…

Крымов положил руку на плечо друга.

– Ничего, Сань, разберемся. Меня тоже не просто так сажают в посольство. Феофанов не исключил, что Харсон – фигура временная. А война, она сама расставит все по своим местам. Сейчас нам надо сформировать группу, этим и займемся. И будем решать вопросы по мере их поступления. Что-либо просчитывать не имеет смысла.

– Ты прав, Крым! Едем в городок, по пути прикинем, кого привлечем в усиленную группу.

Руководители отдела специальных мероприятий покинули закрытую территорию и в 13.10 подъехали к штабу военного городка размещения офицеров спецслужб и членов их семей.