Андрей сказал, что это для него характерно.
- В данном случае ты - это прошлое, - объяснил он. - А для людей типа Мити прошлое вообще не имеет большого значения.
Мама сказала, что на днях возьмет меня домой, и каким же коротким показалось мне это "на днях" в сравнении с теми длинными, однообразными годами, которые я должна была провести в посаде Замостье. Агния Петровна подарила мне книгу - сочинения Пушкина, а маме - свое старое бальное платье из шелка дамасэ, покрытое тюлем, по которому были нашиты блестки. Уже меня пригласили к столу и был подан обед, который никто не называл прощальным, но который все-таки был прощальным, потому что меня в первый раз пригласили к столу. Между прочим, за этим обедом я поразила весь дом своей вежливостью, ни разу не спросив: "Чего?", а говоря: "Как вы сказали, Агния Петровна?", или: "Извините, дедушка, я не поняла". На суп я, правда, подула, но сразу же спохватилась и стала двигать ложкой туда и назад для его охлаждения.
Уже Андрей спросил меня равнодушно:
- Уезжаешь?
И соврал, потому что он вовсе не был так уж равнодушен к тому, что я уезжаю.
Уже мне представилось, как я буду прощаться с пагодами на обоях, с кожаным креслом, с кругом от керосиновой лампы на потолке, на который я всегда смотрела, засыпая. В последний раз я услышу стук посуды, доносившийся из столовой, вздохи старой фисгармонии, голоса Митиных друзей, каждый вечер споривших о старшем брате Рубина - "политическом", который был арестован в прошлом году. Уже я уложилась, то есть завязала в платок две книги, рукоделие и резинку "Слон", которую подарил мне Андрей. И вдруг обо мне забыли! Весь дом, начиная с Агнии Петровны и кончая прислугой Агашей, оказался так занят, что обо мне забыли, и я осталась у Львовых еще на несколько дней.
СТАРЫЙ ДОКТОР
В комнате Андрея были антресоли, большая полка под потолком для хранения вещей. Время от времени Андрей приносил стремянку и доставал с антресолей "Ниву" - иллюстрированный еженедельный журнал, выходивший в СПб. с 1869 года. Эту "Ниву" Андрей решил прочитать всю и, когда я лежала у Львовых, уже дошел до 1904 года.