На всем земном шаре нашелся тогда лишь один человек, который заявил громко, в печати: «Не слышу, не вижу, не знаю…» — Аденауэр, федеральный канцлер Боннской республики. Раздался голос и по ту сторону океана. Некий адмирал заокеанской державы рассмешил весь мир: да, он слышит, видит и знает, но что ж тут особенного? Сделать это может каждый! Однако его соотечественники вскоре блестяще доказали абсурдность этих слов. Они попробовали последовать мудрым адмиральским советам и несколько раз потерпели полнейшую неудачу.
И еще кое-кто на Западе отнюдь не испытывал радостных чувств, но даже сквозь кислую мину проступало признание правды.
Что же касается огромного большинства населения земного шара, то оно бурно выражало восторг. Ведь правду видели все, решительно все: зимовщики в Арктике и Антарктиде, жители столиц и самых разных мест Земли — от Аляски до Мельбурна, от Праги до Каира. Ее увидел весь мир. Никогда люди еще не были так взволнованы тем, что, казалось бы, очень далеко от повседневной жизни. Никогда еще с такой невероятной силой человек не ощущал себя Человеком с большой буквы, для которого нет преград, могущество которого беспредельно.
Задолго до того, как первый искусственный спутник совершил свой последний оборот и упал металлическим дождем на землю, выполнив все, что было ему поручено, на небосводе появилась вторая звезда.
Уже не маленький шарик — тяжелый, в полтонны весом, спутник оказался у нашей планеты. И подняты на нем были не одни только многочисленные приборы, но и настоящий живой четвероногий пассажир.